Король проказа

by:

Как лечить?

7. Чума, проказа и сифилис.

Интересно влияние Черной Смерти на другую эпидемию — проказу, коротая достигла пика примерно через 200 лет после начала Крестовых походов — в XIII веке. Эпидемическая ситуация с вроде бы малозаразной болезнью, стала столь катастрофична, что в целях профилактики и изоляции больных Церковь создавала убежища для прокаженных — lazaretti (от Ордена Лазаритов устраивавших лепрозории в Палестине).

К моменту смерти Людовика VIII Льва (1229) во Франции (занимавшей тогда территорию вдвое меньшую чем теперь), насчитывалось уже до 2000 лепрозориев, которым король на смертном одре завещал 10 тысяч ливров — сумма по тем временам оглушительная (около десяти миллионов долларов в пересчете по ценам на золото, а по покупательной способности все пятьдесят миллионов, если не больше).

По свидетельству Матвея Парижского всего в «христианском мире» (читаем — католическая Европа и Святая земля) было около 20 тысяч лепрозориев. Масштаб немаленький, даже если счесть что в каждом лепрозории содержалось, допустим, по 20 больных. Итого почти 400 тысяч человек. Смело округляем в пользу увеличения и получаем полмиллиона при населении Европы где–то в 75–80 миллионов человек. Картина получается неприглядная.

Мне возразят: было предостаточно других кожных заболеваний, которые «могли принять за проказу». Ничего подобного: симптоматика собственно проказы и дифференциация с другими болезнями была отлично известна — вспомним короля Иерусалимского Балдуина IV Прокаженного — его воспитатель Гийом Турский обратил внимание на потерю чувствительности кожи у ребенка и безошибочно поставил диагноз. Так же безошибочно болезнь определяли и опытные лазариты с госпитальерами, клиническая картина с точностью описана в большинстве средневековых трудов по медицине.

Единственное, с чем могли перепутать проказу — так это с сифилисом, но не с тем, который доказанно завезли из Нового Света через 150–200 лет, а с невенерическим (то есть половым путем не передающимся) трепонематозом проникшим в Европу из Африки задолго до Колумба (может быть еще во времена Рима — следы сифилитического поражения найдены на костях у жителей Помпей). Обнаружены останки монахов–августинцев из Кингстон–апон–Халл с аналогичным повреждениями костей — и это примерно 1340–е годы. Невенерический сифилис передавался так же как и проказа, контактно — через одежду, посуду итд.

Так вот. После Черной Смерти наблюдается феноменальный спад заболеваемости проказой и/или похожим на нее сифилисом. Через триста лет в 1664 году Людовик XIV закрывает последний французский лепрозорий за отсутствием больных. В XV веке по сравнению с XIV количество приютов для прокаженных сократилось во Франции с 2000 времен Матвея Парижского до шестидесяти и далее неуклонно снижалось.

Спрашивается, что это было? Самая разумная версия: прокаженные успешно вымерли от чумы в 1348–50 годах и носителей заразы стало даже не в разы, а на порядки меньше. Вторая версия: проказа — болезнь «теплолюбивая», встречается в основном в тропиках. Распространение в Европе во время средневекового максимума температур (когда в Шотландии без затруднений выращивали виноград, а в Нормандии не выпадал зимой снег) — вполне логично. Но вот наступает Малый Ледниковый период о котором мы недавно говорили и проказа откатывается на юг. Дополнительно смотри пункт первый (носители вымерли).

Но самое интересное в другом. Последней пандемии чумы в XIX веке (пусть и не носившей такого сокрушительного характера как катастрофа 1348 года) предшествовал резкий рост заболеваемости проказой и натуральной оспой, точно так же как и в XIV веке (оспенная пандемия неожиданно возобновилась в 1871 году и продолжалась два года, приняв такой злокачественный характер, который не наблюдался даже в XVIII веке до появления прививок). Синхронность масштабного появления чумы и проказы видимо объясняется тем, что возбудители этих болезней являются природно–очаговыми сапронозами. Выходит, та же последовательность событий, которая приводит к колебательным процессам в экосистемах лепрозного микроба, оказывает аналогичное действие и на экосистему бактерии чумы.

Одновременно можно предположить участие на пандемическом поле XIV столетия еще каких–то других игроков — высказывалось предположение о возможном наложении на чуму эпидемии некоей геморрагической лихорадки, но эта гипотеза ныне окончательно отвергнута: британскими и американскими учеными в последние годы проведены исследования мягких тканей зубов умерших, найденных в «чумных рвах» XIV, XVI и XVIII веков соответственно. Анализ бактериальных ДНК из пульпы зубов жертв эпидемий 1348, 1590 и 1722 годов доказал наличие Yersinia Pestis. Специфическая РНК–полимераза и нуклеотидная последовательность не отличается от современных штаммов бактерии чумы.

Некромантия, вредоносное колдовство и еретические посулы (лат. ).

www.e-reading.club

900 лет назад, взглянув на карту Ближнего Востока, вы не увидели бы привычных названий государств — Израиль, Ливан, Иордания, Сирия. На этих землях в те времена располагалось Королевство Ие­русалимское — родившееся под звон мечей и погибшее под него же. Оно просуществовало совсем недолго — с 1099 по 1291 год. Возможно, королевство крестоносцев могло продержаться дольше, если бы не страшная болезнь седьмого короля Иерусалимского — Балдуина IV, прозванного Прокаженным.

В самом начале его жизни казалось, что судьба благосклонна к Балдуину. Он был вторым ребенком графа Амори I и Агнессы де Куртене. Родители назвали мальчика в честь дяди — короля Иеруса­лимского Балдуина III. Когда ребенку ис­полнился год, его дядя внезапно заболел и скончался в возрасте 32 лет. Поговари­вали, что он был отравлен, уж слишком скорой была его смерть. Наследников у Балдуина III не было, поэтому на престол взошел младший брат короля — Амори I. А юный Балдуин IV внезапно стал наслед­ником престола.

Мать Балдуина IV Агнесса де Куртене дала развод супругу с условием, что ее дети будут считаться законнорожден­ными и не потеряют прав на наследство. Амори I принял ее условия. С тех пор мальчик редко видел свою мать, впрочем, и отца тоже. Его старшую сестру Сибиллу отправили на воспитание в монастырь в Вифании. А воспитание юного наследни­ка поручили историку Гильому Тирскому.

Проказа, лепра, финикийская болезнь, ленивая смерть — как только не называ­ли эту хворь. Она преследовала людей с древности, даже в Библии имеются упо­минания о ней. Однако только в Средние века проказа стала массовым заболева­нием. Ее широкому распространению способствовали плохие условия жизни: загрязненная вода, отсутствие чистого постельного и нательного белья, скудное питание. Конечно, чаще всего заболевали простые люди, но из-за большой скучен­ности и антисанитарии в средневековых городах риск заразиться был и у тех, кто принадлежал к высшим слоям общества. Ведь передавалась зараза очень легко — через прикосновение к больному или его одежде. А еще через выделения из носа и рта.

Со временем узлы превращаются в тяжелые гноящиеся язвы. Отмирают пальцы кистей и стоп, конечности дефор­мируются, больной слепнет. Под конец жизни человек выглядел пугающе. Не удивительно, что люди с ужасом смотре­ли на прокаженных и обращались с ними очень сурово.

К примеру, во Франции в 503 году был принят указ, определяющий правила по­ведения прокаженного и его родственни­ков. Вот одно из них: «Как только болезнь обнаруживалась, человека отводили в религиозный трибунал, который. осуж­дал его на смерть». Что это означало? Не­счастного отводили в церковь, где все было приготовлено для похорон. Больно­го клали в гроб, служили заупо­койную службу, относили на кладбище, опускали в могилу и сбрасывали на него несколько лопат земли со словами: «Ты не живой, ты мертвый для всех нас». После этого больного вы­таскивали из могилы и отвоз­или в лепрозорий. Навсегда. Больше он никогда не возвра­щался домой, в семью. Для всех он был мертв.

Такая жестокость была вы­звана паническим страхом пе­ред проказой. Ведь лечить ее в те времена не умели, так что заболеть — означало медленно и безнадежно умирать в мучениях.

Конечно, первые годы он правил не сам, за него это делали регенты — сене­шаль королевства Миль де Планси, а по­сле него Раймунд III, граф Триполи. В1177 году Балдуин стал совершеннолетним и оттеснил всех регентов от власти. В этом же году ему пришлось проявить себя как воину и полководцу. В ноябре, узнав, что регента королевства в городе нет, гроз­ный враг крестоносцев султан Саладин решил напасть на Иерусалим. Оставший­ся в городе с малочисленным отрядом, молодой король принял решение упре­дить мусульманского вождя. Из-за болез­ни он не мог уверенно держаться в седле, а потому приказал слугам привязать себя к лошади. Меч тоже плотно примотали к руке монарха, чтобы он не выпал в пылу битвы. Рядом с королем гарцевал пре­старелый иерусалимский патриарх с ве­ликой христианской святыней — Живот­ворящим Крестом Господним. Поскольку тяжесть ноши была непомерной, крест также был привязан к крупу лошади. Все это действо происходило на глазах у во­инов. И они, видя, что прокаженный мо­нарх и убеленный сединами патриарх преисполнены решимости защищать каждую пядь земли, вдруг осознали правоту своего дела и, воодушевившись, тронули поводья. Достигнув Лодда, где похоронен величайший святой Георгий Победоносец, молодой Балдуин зашел мусульманам в тыл. Не ожидавшие вне­запного нападения войска султана, в де­сять раз превышавшие по численности латинян, бросились врассыпную. Позже Саладин стыдился своего поступка.

На протяжении трех лет Балдуин вел непрекращающуюся войну с мусульмана­ми. Удача то улыбалась ему, то отворачи­валась. Но он неизменно проявлял отвагу и благородство, чем заслужил уважение даже своего врага Саладина. Установив­шиеся между двумя правителями отноше­ния позволяли многие споры решать ди­пломатически, не прибегая к оружию. Для Королевства Иерусалимского такие пере­дышки были просто жизненно важны.

Победителем стал Ги де Лузиньян, второй муж сестры Балдуина — Сибил­лы, человек не очень дальновидный, но решительный. В июле 1187 года он выступил навстречу войскам Саладина и был разбит при Хаттине. Сам он по­пал в плен, а потери были огромными. В этой битве также был потерян Святой Животворящий Крест Го­сподень.

paraljel-nyjmir.webnode.com

БАЛДУИН IV ПРОКАЖЕННЫЙ

Участие в войнах: Войны с мусульманами.

Участие в сражениях: Битва при Монжизаре. Сражение у Мезафат

(Baldwin the Leper, Baldwin IV of Jerusalem ) Король Иерусалима

Балдуин был рожден в Иерусалиме незадолго до того, как его родитель, Амори I, взошел на престол. Балдуин воспитывался при отцовском дворе. Когда ему было всего – лишь два года, брачный союз его родителей был аннулирован из-за слишком тесного родства. В 1167 г. отец Балдуина женился во 2-ой раз — на греческой принцессе Марии Комнине, а через 5 лет у них родилась дочь Изабелла

В 1170 г. развитие девятилетнего мальчугана было возложено на Гильома Тирского, одного из самых известных хронистов крестовых походов XII столетия. Балдуин рано захворал проказой и страдал от этого недуга на протяжении всей своей недолгой жизни. На страницах хроники его наставника приводится волнующий эпизод из жизни молодого короля — во время игры с друзьями, которые в шутку щипали друг друга, Балдуин не чувствовал боли. Гильом Тирский первым узнал о потере восприимчивости кожи, но в полной мере болезнь выразилась лишь через несколько лет

11 июля 1174 г. скончался Амори I, а 15 июля того же года произошла коронация Балдуина, нового короля Иерусалима. Но на тот момент ему было не более тринадцати лет и королевством в течении 3-х лет управляли регенты. На первых порах самочинно произвел себя в регенты сенешаль королевства Миль де Планси, но вскоре о своих правах заявил Раймунд III, граф Триполийский, дядя и один из ближайших родичей молодого короля. Осенью де Планси был убит неизвестным. Неведомо, был ли причастен к его гибели граф Триполи, но так или иначе через несколько дней он был официально назначен регентом Иерусалимского королевства.

Потому как Балдуин был неизлечимо болен, все понимали, что он не оставит наследника, а правление его будет непродолжительным. Поэтому бароны из окружения короля устремили свой взор на его предполагаемых преемницах – Изабелле и Сибилле, сводной и родной сестрах короля. Сибилла выросла в монастыре в Вифании под надзором бабушки Иоветы (младшей сестры королевы Мелисенды). Изабелла проживала в Наблусе при дворе матери, вдовствующей королевы Марии Комнины.

В октябре 1176 г. Сибилла, от которой ныне зависело продолжение королевского рода, по совету Раймунда III вышла замуж за Гильома де Монферрата по прозвищу Длинный меч, родича сразу 2-х венценосцев — Фридриха Барбароссы, императора Священной Римской империи и Людовика VII, короля Франции. В качестве приданого Гильом принял графство Яффы и Аскалона, вассальные территории Иерусалимского королевства.

В 1177 г. Балдуин стал совершеннолетним и оттеснил всех регентов от власти. Он решил пойти по стопам своих предков и готовил поход на Египет. В 1176 г. из мусульманского плена освободился Рено де Шатильон — он пробыл в тюрьме Алеппо шестнадцать лет и был отпущен на волю благодаря стараниям императора Византии Мануила Комнина, уплатившего за него выкуп (Рено был отчимом жены Мануила, императрицы Марии). Балдуин послал Рено в Константинополь, дабы тот условился с императором о помощи византийского флота на время кампании. Византия направила крестоносцам эскадру из семидесяти галер под руководством Андроника Ангела. Балдуин надеялся, что Гильом де Монферрат и Рено де Шатильон возглавят поход против Саладина, но в июне 1177 г. Гильом скончался от малярии, поспев впрочем зачать будущего короля Балдуина V, которого семнадцатилетняя Сибилла родила через несколько месяцев после гибели супруга.

2 августа в Иерусалим прибыл кузен короля Филипп, граф Фландрский. Филипп был внуком Фулька, короля Иерусалима с 1131 по 1143 г., и потому являлся ближайшим родичем Балдуина по линии отца, тогда как Раймунд III был племянником королевы Мелисенды и доводился Балдуину двоюродным дядей. Балдуин предлагал ему стать регентом королевства, но Филипп отрешился, сказав, что он прибыл как паломник. Но несмотря на это он начал настаивать, чтобы сестры короля вышли замуж за его вассалов. Верховная курия отвергла его требования, а Балдуин де Ибелин публично оскорбил Филиппа, вследствие чего тот в октябре оставил Иерусалим и отправился на север, бороться с магометанами на стороне княжества Антиохии. Балдуин де Ибелин был приближенным королевы-вдовы Марии, и, возможно, его действия были мотивированы желанием — самому женится на одной из сестёр короля.

В ноябре 1177 г. войско Саладина блокировало Газу и Дорон, после этого он занял Рамлу и осадил Арзуф и Лидду. Призвав тамплиеров, Балдуин незамедлительно выдвинулся к Саладину и 25 ноября одержал блестящую победу над его войсками в сражении при Монжизаре. В том же году Балдуин дал положительный ответ на прошение Балдуина Де Ибелина взять в жены мачеху короля. Ибелин попытался уговорить короля отдать своих сестер замуж за членов его семейства, но Балдуин несогласился.

На протяжении 1179 г. Балдуин вел постоянные войны с мусульманами. 10 апреля в Баниаском лесу на отряд короля напал племянник Саладина. Во время завязавшейся баталии конь Балдуина убежал, но короля спас от смерти коннетабль Онфруа III, владыка сеньории Торона. Оказывая поддержку королю, Онфруа был серьезно ранен. В середине лета участились набеги мусульманской конницы на сидонские земли.

10 июня Балдуин, объединившись с Раймундом III и магистром ордена тамплиеров Одоном де Сент-Аманом, дал бой Саладину неподалеку от укреплений Мезафата. Первоначально перевес в сражении был на стороне христиан, но в итоге победа осталась за Саладином. В ходе сражения королевский конь был убит, но Балдуин вновь был спасен одним из своих солдат, тот, что вынес его с поля битвы на спине. Одон де Сент-Аман и множество христианских воинов попали в плен к мусульманам, а Раймунд III бежал в Тир. 29 августа Саладин после непродолжительной осады захватил крепость Брод Иакова и отсек головы оберегавшим ее тамплиерам.

В 1180 г. настала краткая передышка. Саладин заключил соглашение с Балдуином и обратил свои полчища на Алеппо и Мосул. Летом 1180 г., невзирая на активное противодействие графа Триполи, Балдуин выдал сестру Сибиллу замуж за Ги де Лузиньяна, брата коннетабля Амори де Лузиньяна.

После кончины ее первого супруга король уже никогда не пытался отыскать сестре мужа, достойного в будущем разделить с ней корону — он вел переговоры о брачном союзе с герцогом Бургундии Гуго III, но они закончились неудачно. Теперь же Сибилла получила в мужи могущественного барона, вассала двоюродного брата Балдуина — короля Англии Генриха II.

Также Балдуин объявил о помолвке 2-й сестры, восьмилетней Изабеллы, со своим вассалом Онфруа IV, владыкой Торона, Трансиордании и Керака.

В 1183 г. Балдуин поставил Ги де Лузиньяна регентом королевства.

В ноябре того же года в крепости Керак состоялась свадьба Изабеллы и Онфруа, но праздник был прекращен наступлением Саладина, осадившего твердыню. Собравшись с силами, умирающий Балдуин и выдвинулся к Кераку с многочисленным воинством, но Ги де Лузиньян не решился начать битву, дозволив Саладину беспрепятственно отступить.

Рассердившись на регента, Балдуин освободил его от должности. Он объявил своим преемником Балдуина де Монферрата, пятилетнего сына Сибиллы от первого брака, и даже предпринял усилие аннулировать брак Ги и Сибиллы. Мать короля Агнес де Куртене, ее муж Рено Гранье, владыка Сидона, и многие бароны поддерживали короля в этом решении. Граф Триполи был определен опекуном юного преемника, также он должен был стать регентом королевства в случае гибели Балдуина IV, если принц не достигнет к тому моменту совершеннолетия. 20 ноября 1183 г. состоялась коронация Балдуина де Монферрата — пока только в качестве соправителя умирающего короля.

Борьба с Саладином и династические раздоры последних лет бесповоротно подорвали здоровье монарха, и 16 марта 1185 г. Балдуин умер в возрасте 24 лет.

all-generals.ru

900 лет назад, взглянув на карту Ближнего Востока, вы не увидели бы привычных названий государств — Израиль, Ливан, Иордания, Сирия. На этих землях в те времена располагалось Королевство Ие­русалимское — родившееся под звон мечей и погибшее под него же. Оно просуществовало совсем недолго — с 1099 по 1291 год.

Возможно, королевство крестоносцев могло продержаться дольше, если бы не страшная болезнь седьмого короля Иерусалимского — Балдуина IV, прозванного Прокаженным.

Повезло? Пожалуй, да, но за это при­шлось заплатить дорогой ценой. Услови­ем коронации его отца был развод с его матерью. Этого требовал Иерусалимский патриарх Амори де Нель. Формальной причиной послужило слишком близкое родство между супругами — они были ку­зеном и кузиной. Но истинная причина крылась, разумеется, в политике. Иерусалиму требовалось укрепить отношения с Византией, и брак короля с принцессой Марией, племянницей императора Ви­зантии Мануила Комнина, как нельзя лучше способствовал этому.

Именно Гильом и заметил первые признаки болезни у ребенка. Балдуину было тогда лет десять, и как все мальчики благородного происхождения, он учил­ся владеть оружием. В учебных боях на специально затупленном оружии мелкие травмы случались нередко. Однако на­следник проявлял потрясающую стой­кость и нечувствительность к ударам, порезам и уколам. Увы, дело было не только в его презрении к боли. Потеря чувствительности кожи оказалась симптомом не­излечимой болезни — проказы.

Проказа — коварное заболевание, у него длительный инкубационный пери­од. Может пройти несколько лет, прежде чем проявятся первые признаки — пятна на коже и потеря чувствительности. Но потом течение болезни ускоряется, на коже образуются узлы, называемые лепромами, а иногда чешуйчатые бляшки. Постепенно кожа утолщается, образуют­ся крупные складки, особенно на лице, которое приобретает сходство со льви­ной мордой.

В XI веке считалось, что проказа — это божественная кара за грехи. Но Балдуин IV всей своей жизнью опровергал этот предрассудок. Он заболел, еще будучи невинным ребенком. А взойдя на престол в 13 лет, после внезапной смерти Амори I, стал мудрым, справедливым правителем.

Однако здоровье Балдуина ухудша­лось с каждым годом. После 20 лет он уже проводил большую часть своего времени в затворничестве. Король был вынужден носить маску и перчатки, чтобы скрыть уродливые язвы проказы. Сам стал сла­бым и худым. И почти полностью ослеп. Наследника у него не было, и он объявил, что после его смерти королем должен стать его племянник Балдуин V.

Прожив всего 24 года, Балдуин IV умер, сделав все, что было в его силах, для сво­его королевства. А может, и больше, чем было в его силах. Он не сдался болезни и до последнего хранил Иерусалим. Но, видимо, несчастливое это имя — Балдуин. Пятилетний племянник умер буквально через год после него, а вокруг трона на­чалась борьба за власть.

Поражение при Хаттине обе­скровило королевство. Поэтому в сентябре, когда Саладин оса­дил Иерусалим, город не усто­ял. Королевство Иерусалимское пало, а Святая земля была по­теряна. Несколько новых Кре­стовых походов, снаряженных после этого, не смогли вернуть священный город христианам. Как знать, если бы проказа не унесла жизнь Балдуина IV, воз­можно, судьба Иерусалимского королевства сложилась бы со­всем иначе.

subscribe.ru

«Игра престолов». Вымысел и реальность

Популярный телесериал HBO, снятый по серии романов Джорджа Мартина «Песнь льда и пламени», шестой год собирает у экранов миллионы зрителей. «Игру престолов» называют лучшим сериалом последних десяти лет и величайшим фэнтези со времен Толкиена. Хотя многие события очевидно заимствованы из истории. Алексей Дурново представляет подборку таких событий.

1. Массовое убийство гостей

Красная свадьба (девятый эпизод третьего сезона) — один из самых жутких и шокирующих моментов сериала. Коварный Уолдер Фрей заманивает в ловушку Робба Старка, его мать Кейтилин и всех его людей. После чего их всех жестоко убивают на свадьбе, где они были гостями.

Массовое убийство гостей — не редкость для Средних веков

В истории — Варфоломеевская ночь

Всю вторую половину XVI века во Франции полыхали религиозные войны между католиками и гугенотами. В августе 1572-го был заключен брак между лидером протестантов Генрихом Наваррским и принцессой Маргаритой, сестрой короля Франции Карла IX. Свадьба, вроде бы, должна была положить войне конец. Но это была ловушка. Через шесть дней в Париже произошла грандиозная по своим масштабам резня гугенотов. Были убиты почти все дворяне-протестанты, прибывшие на королевскую свадьбу. Сам Генрих Наваррский чудом остался жив, но другой лидер гугенотов адмирал де Колиньи был зверски убит в собственном доме.

Черный ужин — жестокое и предательское убийство 16-летнего графа Уильяма Дугласа и его младшего брата, которые были гостями короля Шотландии Якова II. Дело было в Эдинбурге в 1440 году. Само убийство, по всей видимости, было совершено не по приказу короля, а по воле регента Уильяма Крайтона, чей род вел с Дугласами долгую войну.

2. Жуткая болезнь

Серая хворь — страшная болезнь, от которой нет лекарства. Зараза медленно поражает человека, отчего его тело покрывается каменной шелухой. Больных серой хворью изолируют от остальных людей и отправляют умирать мучительной смертью в древнюю Валирию. От серой хвори страдала дочь Станниса Баратеона — принцесса Ширен, ею же болен Джорах Мормонт.

Прокаженных в Европы считали мертвыми

Проказа была настоящим бичом Средних веков, и спасения от нее не существовало. Зараженный это болезнью человек умирал медленно и мучительно. Более того, прокаженный становился изгоем. Больные обязаны были носить белый колпак и колокольчик, который предупреждал бы здоровых людей об их приближении. Во Франции практиковались погребальные обряды над живыми прокаженными. Их опускали в могилу, бросали сверху несколько комьев земли, а потом вынимали и изгоняли из города.

3. Король, погибший на охоте

Последняя охота Роберта Баратеона

Король запросто мог умереть на охоте, если это было подстроенное убийство

В истории — Вильгельм Рыжий

Гибель Вильгельма II

В августе 1100 года на охоте погиб король Англии Вильгельм II. Причем произошло это при крайне странных обстоятельствах. Вильгельм охотился на оленя и, отдалившись от свиты, ускакал в чащу леса в сопровождении только одного рыцаря — сэра Уолтера Тиррелла. Что произошло дальше, в точности неизвестно. По одной версии, Вильгельм напоролся на рога оленя, когда пытался убить его кинжалом. По другой, — в короля случайно попала стрела, пущенная Тирреллом. Так или иначе, сам Тиррелл после охоты бежал во Францию, а брат и наследник Вильгельма Генрих собрал свиту и вернулся в столицу.

4. Религиозный фанатизм

Голод, война, хаос и нищета взывают рост религиозного фанатизма. Столицу Семи Королевств наводняют так называемые воробьи. Воробьи полагают, что все беды людей вызваны гневом богов, которые те навлекли на себя своими грехами. Они проповедуют очищение, нравственность, аскетизм и бедность. Их лидер — Его Воробейшество носит грубое рубище, ходит босым и ищет решение всех проблем в молитве. Его последователи жестоко преследуют всех, кто уличен в разврате или богохульстве.

В Средние века люди верили в прямую связь между грехами и бедами

В истории — францисканцы

«Все беды человечества связаны с тем, что люди вызвали гнев бога». Для Средних веков это — вполне обычный ход мыслей. Религиозные движения, боровшиеся с «грехами телесными», возникали постоянно. Но Его Воробейшество более всех напоминает Франциска Ассизского. Этот святой также проповедовал смирение, аскетизм и бедность. Он ходил в грубой рясе, не носил обуви и работал руками как рядовой монах, хотя имел огромное влияние как на людей, так и на церковь. Кстати, многие замечают внешние сходство между актером Джонатаном Прайсом, которые играет Его Воробейшество, и Папой Римским Франциском I. А ведь Понтифик взял себе имя именно в честь ассизского святого.

Многие поклонники сериала видят в Его Воробейшестве явные черты Савонаролы — монаха, который фактически правил Флоренцией в конце XV века и призывал к отказу от роскоши. Впрочем, Воробейшество не сжигал картин и книг, как это делал Савонарола.

5. Административное деление

Семь королевств — название государства, в котором происходит основная часть действия. Некогда это были семь разных стран, которые позже были объединены в одно завоевателями из семьи Таргариенов, которые установили свою власть над новым государством. А от семи королевств остались лишь названия, сохранившиеся в топонимике.

Названия 7 саксонских королевств носят английские графства

В истории — Семь саксонских королевств

Англы и саксы, прибывшие в Англию во время Великого переселения народов, не создали единого государства. Долго время это были семь отдельных королевств, проводивших самостоятельную политику. Их объединение растянулось на века. Точно так же от них остались лишь названия, которые существуют и поныне. Теперь их носят английские графства, такие, например, как Уэссекс и Суссекс.

6. Защита от варваров

Стена — гигантское оборонительное сооружение, возведенное для защиты северных земель Семи королевств от обитающих в снегах одичалых. Эти дикие и разрозненные племена постоянно совершают рейды на юг, разоряя деревни и убивая мирных крестьян. Высокая и прочная стена, протянувшаяся через весь остров от моря до моря — единственная защита от них.

Еще римляне придумали отгораживаться от варваров

В истории — Адрианов вал

Строительство стен для защиты от варваров широко практиковалось в Древнем Риме. Идея отгородиться от диких племен внушительными фортификациями появилась именно там. Длинные, хорошо укрепленные валы возводились во многих местах современной Европы. Не стала исключением и Англия. Здесь для защиты от набегов пиктов и бриттов был построен знаменитый Адрианов вал. Стена длинной в 117 километров отгородила римские земли от жестоких варваров.

Один из главных персонажей сериала и, несомненно, самый популярный герой «Игры престолов». Тирион — карлик, нелюбимый отцом и сестрой. С теплотой к Тириону относится лишь его брат Джейме. Все это не мешает Тириону быть проницательным, умным и смелым человеком, не лишенным чувства юмора.

Тирион — это Ричард III, что признано даже автором «Игры престолов»

В истории — Ричард III

Сам Джордж Мартин признался, что прототипом Тириона является английский король Ричард III. Этот монарх не был карликом, но легенды (одна из которых создана Шекспиром) описывали его как уродливого человека с ссохшейся рукой и огромным горбом. Что любопытно, Ричард не был любим своим отцом Ричардом Йорком (хотя когда отец погиб, Ричарду было всего девять лет), а из всех родственников теплые отношения связывали его лишь с братом Эдуардом IV.

diletant.media

С тех пор прошло три года, но это чувство лишь укрепилось и усилилось, тем более что после смерти короля королева Мария удалилась вместе с дочерью в свои наблусские владения, желая укрыться там от злобы ненавидевшей ее Аньес, которая снова обосновалась во дворце, едва лишь ее сын сделался королем. Бодуэн рад был увидеть матушку и принял ее, но Марию, вместе с маленькой Изабеллой уезжавшую в свой прекрасный край, провожали с поистине королевскими почестями. Молодой король, любивший обеих, прислушался к советам Гийома Тирского, своего прежнего наставника, а тот, зная, на что способна Аньес, благоразумно счел необходимым оберечь вдовствующую королеву и ее дочь от возможных неприятных неожиданностей.

Их отъезд, разумеется, огорчил Тибо, и он искренне обрадовался, узнав, что девочку привезли в Вифанский монастырь: теперь, навещая там Элизабет, он будет получать от своих визитов двойное удовольствие.

От Бодуэна не укрылись чувства, которые его друг испытывал к его младшей сестре. Намекнув однажды на это и заметив, что Тибо залился краской до корней волос и замкнулся подобно устрице, король расхохотался:

– Уж не считаешь ли ты себя в чем-то виновным? Насколько мне известно, любить – не грех?

– Грех – засматриваться слишком высоко. Я всего-навсего бастард.

– Да кто придает этому значение? И, как только ты совершишь какой-нибудь подвиг, я немедленно сделаю тебя принцем. Я – король. И люблю вас обоих.

Больше они никогда на эту тему не заговаривали, но Тибо помнил об обещании друга, зная, что Бодуэн постарается его сдержать.

Об этом он и думал сегодня вечером, следуя за королем в его личные покои, а точнее – в просторную и прохладную комнату, к которой примыкала галерея с аркадами, выходившая в уютный дворик с журчащим фонтаном. Его поселил там король Амальрик, узнав о болезни сына и желая, чтобы тот мог отдохнуть вдали от повседневной суеты дворца-крепости. Лестница в несколько ступенек вела вниз, к ванне. В этих покоях, куда допускали одного только Тибо, распоряжалась Мариетта. Она была кормилицей Бодуэна и не желала никому, даже и придворному лекарю, – впрочем, тот и не пытался возражать, – уступить то, что рассматривала как свою привилегию: обязанность заботиться о чистоте тела юноши и ухаживать за ним так, как требовала его болезнь.

Мариетта была аскалонской крестьянкой, а ее муж выращивал и поставлял во дворец ароматный лук, которым славились эти края[27]. Незадолго до того как Аньес, в то время – графиня Яффы и Аскалона, произвела на свет сына, Мариетта потеряла одновременно мужа, раздавленного рухнувшим на него куском стены, и ребенка, умершего от лихорадки. У нее же самой здоровье было отменное, и молока хоть отбавляй. Кормилица, которую взяли поначалу к графскому сыну, не понравилась матери, и тогда обратились к Мариетте, которая всецело посвятила себя младенцу, чудному красивому мальчику, вернувшему ей смысл жизни. С тех пор она больше с ним не расставалась, а обнаруженная у мальчика проказа не только не обратила ее в бегство, но лишь усилила ее любовь, потому что она знала, что Бодуэн отныне будет все больше в ней нуждаться. Если же говорить о ее внешности, – эта была крупная, плотная женщина с круглым лицом, почти лишенным мимики, но озаренным чудесными темными глазами, которых она ни перед кем не опускала. Неизменно одетая в синее полотняное платье, повязанное белым передником, с упрятанными под белую косынку седеющими волосами, она держала приставленных к Бодуэну слуг в ежовых рукавицах.

Разумеется, когда перед королем и его щитоносцем распахнулись двери, она встретила обоих. Тибо с облегчением услышал, что Бодуэн отказался присутствовать на устроенном его матерью пиршестве, сказав, что не голоден, и прежде всего хочет помыться и отдохнуть.

– А ты мог бы и остаться, Тибо, – заметил он, когда тот, расстегнув кожаный пояс, к которому был подвешен меч, положил его на сундук. – Ты проголодался сильнее меня, и матушка тебя приглашала отдельно.

– Вы должны были бы знать, что мне не по вкусу пиршества вашей матушки. Она слишком любит смешивать разные пряности, а вина у нее всегда чересчур крепкие, от них тяжелеет голова и появляются странные мысли…

Он не стал говорить о том, что в последнее время старался избегать общества Аньес, когда рядом не было короля. Это решение он принял несколько месяцев назад, в день, когда ему исполнилось шестнадцать лет, и Бодуэн в базилике Гроба Господня посвятил его в рыцари. В тот же вечер он получил от Аньес не совсем обычные поздравления. Она дала ему понять, что он ей нравится и что только от него зависит, завяжутся ли между ними связи, выходящие за пределы семейных отношений. Свежеиспеченный рыцарь был совсем не глуп и прекрасно понял, что она хотела этим сказать. Глубоко возмущенный и застигнутый врасплох, он в тот раз выкрутился, прикинувшись дурачком: он донельзя счастлив тем, что милая тетушка ответила, наконец, взаимностью на его неизменную привязанность к ней, и это непременно скрепит узы, уже соединившие его с ее сыном, королем…

В тот раз Аньес больше уговаривать его не стала, явно призадумавшись, в самом ли деле этот мальчишка так глуп, как кажется. И отложила на потом прояснение этого, в конце концов, второстепенного вопроса – ведь речь шла всего-навсего о прихоти, такое с ней иногда случалось при встрече с красивым и хорошо сложенным юношей. Тибо, со своей стороны, пообещал себе в дальнейшем избегать свиданий с пылкой Аньес. Война помогла ему продержаться, хорошо бы, чтобы и мир оказался не менее безопасным…

Бодуэн оставил эту тему. Тибо помог ему снять гибкую, но прочную стальную кольчугу, – подарок Раймунда Триполитанского, который привез ее из Дамаска! – под которой у короля была только рубашка из грубого полотна. Бодуэн в задумчивости поглаживал пальцем недавно появившийся у него между бровей бугорок – ему казалось, что шишка растет, и он то и дело ее трогал, потому что мог ощутить ее, только ощупав снаружи, сама по себе она была безболезненной и никак не давала о себе знать.

– Думаю, – внезапно сказал он, – болезнь недолго теперь будет щадить мое лицо…

Мариетта, которая уже направилась к ванне, прихватив простыню, чтобы завернуть в нее Бодуэна, как только он выйдет из воды, замерла на пороге и, почувствовав, что кровь отхлынула у нее от щек, помедлила, прежде чем обернуться и ответить.

– Вас, наверное, какое-нибудь насекомое ужалило, – сказала она, наконец, тусклым голосом. – Сейчас сделаю вам припарку…

– …которая нисколько не поможет. Ты думаешь, мне неизвестно, что делает с человеком проказа? Мало-помалу мое лицо начнет меняться, раздуваться, превращаясь в так называемую «львиную маску». Это означает, что мне следует поторопиться…

Он не закончил фразу. Дверь отворилась, слуга доложил о приходе канцлера, и Бодуэн, снова завязав шнурок рубахи, направился навстречу своему бывшему наставнику. Лицо его мгновенно разгладилось, он заулыбался, – Гийома король любил, как родного отца.

В свои сорок шесть лет Гийом, архиепископ Тирский с тех пор, как Бодуэн взошел на престол, канцлер и летописец королевства, больше походил на монаха, чем на прелата. Он был среднего роста и обычного телосложения, волосы с сильной проседью венчиком окружали обширную тонзуру[28], которая должна была вот-вот соединиться с высоким, начавшим плешиветь лбом. Гладко выбритое лицо с неправильными чертами было живым, веселым и подвижным, большой рот то и дело улыбался, а веселый блеск темных глаз иногда уступал место серьезности, какая питает великие замыслы ума, способного разрешать труднейшие вопросы и проникать в глубины человеческой души. Его познания, приобретенные в Европе, где он в течение двадцати лет учился у величайших мыслителей – таких как Бернар Клервоский, Жильбер Порретанский, Морис де Сюлли, Иларий Пуатевинский[29] или Робер де Мелен[30] – и посещал лучшие учебные заведения, были огромны. Однако он был далеко не аскетом, если судить по животику, мягко очерченному под белой рясой с капюшоном, поверх которой он носил черную далматику[31], ничем не украшенную, если не считать наперсного креста с такими же аметистами, какой был вправлен в кольцо на его безымянном пальце.

www.litmir.me

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *